КАЛЛИГРАФИЧЕСКАЯ «ИКОНА» ГОХО ХИБИНО: К ПРОБЛЕМЕ ПОНИМАНИЯ ЯПОНСКОГО КУЛЬТУРНОГО КОДА

О чём:
В качестве примера Надежда Сергеевна Аганина (кандидат искусствоведения, доцент кафедры графического дизайна, специализирующаяся на анализе каллиграфических работ китайских и японских авторов) приводит в пример работу японского мастера 20 века Гохо Хибино (1901-1985). Пример проблемы возможного непонимания носителями русской культуры работы “старика, улыбающегося просветленной улыбкой”. В работе Надежда Сергеевна сопостовляет культурные смыслы каллиграфии каной и русской иконописи; разбирает работу “Хиёко” (“Цыплёнок”) (1968), которая, по мнению многих, является ярким примером каллиграфической работы, когда автору “удалось освободить свой дух и соприкоснуться с божественным”.
Главная особенность японской каллиграфии каной (по мнению автора) — повседневный характер таких работ.
Каллиграфическое произведение — миг; поэтично прекрасный момент между временем.
Связь с буддийскими представлениями о мире: “всё серо, чрезвычайно скромно и непривлекательно”.
Перед современным обществом встаёт вопрос “перевода” культурных смыслов разных народов во время “употребления” носителями другой культурной ДНК.
Японская каллиграфия каной — сложный для понимания аспект японского искусства.
В пример приводится работа японского каллиграфа 20 века Гохо Хибино (1901-1985) и его работа “Хиёко”. Многие японские критики отмечают, что автору удалось отделиться от материальной оболочки и соприкоснуться с божественным духом, во время написания данной каллиграфической работы.
В работе отсутствует даже именная печать автора, что в целом наталкивает на “неопределённость” работы и ее оценки как “произведения”.

В работе была принята попытка сапоставить два культурных кода: русский (иконопись) и японский (каллигарфия каной).
Авторы работы опираются на труды японских специалистов, в особенности на работы Норико Каи (японский специалист в области японской каллиграфии и поэзии, знаменита своими работами по анализу стихотворений вака и эстетики Ики, крупнейшей исследователь каллиграфии каной).

О каллиграфии в целом и “Хиёко”:
Каллиграфия — наглядная онтология — “художественный иероглиф” (С. Н. Булгаков) возникает на границе с невидимым миром. Каждый такой “иероглиф” появляется под влиянием пространства, языка и эстетики, которые разнятся от работы к работе.

Незаполненное пространство в иконописи — Божественное Ничто (всюду присутствующий свет). Незаполненное пространство в каллиграфии — Абсолютное Ничто (это есть и свет, и не-свет одновременно; самостоятельный объект изображения (то есть знак)). Эта пустота (ёхаку) есть единая сферическая пустота, которая не привязана к геометрического центру произведения.
Приводится одна из гипотез Норико Каи: тяготение японцев (в особенности в каллиграфии) к неправильному и асимметричному, любовь к искаженности связана с синтоисткой традицией, в которой отсутствует представление о иерархии центра-периферии.
В каллиграфии пустота-ёхаку (избыточная пустота) создает иллюзию расширения (эффект выпуклой линзы). В каллиграфии каной это выражается следующим образом: 1) сжатие верхних и нижних знаков столбцов, 2) удлинение центральных знаков, 3) вынос последнего знака в отдельный столбец.
Таким образом, можно отметить, что каллиграфическое произведение учит смотреть за “горизонт событий”, и каждый сам задает эту глубину и расстояние.
“Каллиграфическое произведение представляет до-бытийную пустоту, проступающую скозь иллюзорный мир видимого”.
Иероглифы — идеограммы, они фиксируют всё сущее. Знаки каны — скорописные формы китайских иероглифов и являются своеобразными “иероглифами иероглифов”.
Однако кана представляет собой что-то ненастоящее, иллюзорное и временное. Они фиксируют в себе красоту изменчивого мира и момента.

Гохо Хибино же в своей работе обращается к каллиграфической манере “Собрания старых и новых песен Японии из храма Мансю-ин”. Это можно воспринять как попытку увидеть глубину в повседневном письме и возвести кану в ранг высокого искусства (характерная черта каллиграфии второй половины XX века).
Стоит отметить, что “Хиёко” написан на листе цветной бумаге (на листе серо-розового цвета). В своё произведение каллиграф закладывает идеи изменения буддийского преображения духа.

Художественный язык “Хиёко”:
В эпоху Эдо филологи “национальной школы” начали рассматривать поэзию (японскую) как воплощение “японского духа”. Поэт считался носителем мудрости Дзен. Поэт — обретение гармонии с миром и самим человеком. То есть, поэзия — слияния человека и природы.

Когда рассматривается танка “Хиёко”, стоит отметить, что образ поэта к 20 веку сильно трансформировался. Поэт — человек, который обладает не только интересом к общественной жизни, но и страстью к обновлению.
Поэтом нового направления был автор “Хиёко” А. Симаки (1876-1926).
Он начал отдавать больше внимания чувственности в поэзии.
Особенностями “Хиёко” можно назвать: 1) хотя сама танка содержит простые и понятные образы, это является не характерной чертой для древних танка
2) однако танка написана очень старым языком времён текстов “Манъёсю” (7-8 вв.).
Можно предположить, что “Хиёко” — попытка воссоздания классической танка.

Так работы А. Симаки и Г. Хибино объединяет общая позиция самих авторов. Они обновляют традицию.

Говоря о Г. Хибино, в своей работе он стремится показать новую и обновленную каллиграфию каной.
В работе видно стремление показать красоту ваби (естественность) и саби (умиротворение в одиночестве). По мнению японского исследователя Дзюнъи Фукуи для кисти Г. Хибино характерна эстетика ваби.
Ваби выражает красоту простоты и обыденности. Некоторые критики говорят, что каллиграфия Г. Хибино пропитана запахом земли. Чего-то настолько естественного, что сравнимо с прямым проявлением природы — почвы.
В каллиграфии ваби проявляется в виде доминирования пустого пространства и использовании бумаги белого цвета.

Эстетика саби, характерная для японской поэзии, в каллиграфии выражается с помощью серой туши, линий с проседью, бумагой с выраженной текстурой или “патиной”. Эстетика саби выражает некоторую эмоциональную отстраненность.

В “Хиёко” соединяется аскетичная эстетика ваби с красотой цуя, что приводит к сложным сокращениям и изящным связкам. Однако “Хиёко” больше повествует о чём-то внезапном, естественном и незаметном.

Заключение:
В заключение можно сказать, что каллиграфия каной является изображением невидимого. Она очень функциональна и лаконична. В каллиграфии каной проявляется не только описание чего-то регулярного и обыденного, но и красота, которая проявляется в этом. Поэтому с одной стороны каллиграфия каной тяготеет к художественной выразительности, но с другой — к бесцветности, простоте, лаконичности, что и приводит к особенно сложной для восприятия понимания эстетики и смысла.

Обзор выполнил Вельма Денис Юрьевич, 3 курс, Востоковедение, НИУ ВШЭ / Борисов Кирилл Олегович, 5 курс, ОП "История", НИУ ВШЭ - Пермь
Источник: https://cyberleninka.ru/article/n/kalligraficheskaya-ikona-goho-hibino-k-probleme-ponimaniya-yaponskogo-kulturnogo-koda/viewer